("Le Figaro", Франция)
Члены научного совета Босфорского института говорят о важности продолжения переговоров по вступлению Турции в ЕС
Анри де Кастри (Henri de Castries), Жан-Пьер Жуйе (Jean-Pierre Jouyet), Оливье Ферран (Olivier Ferrand)
 

Переговоры по вступлению Турции в Евросоюз никак не могут сдвинуться с мертвой точки. С 2005 года было начато обсуждение лишь 12 из 35 пунктов переговоров, и лишь по одному из них удалось добиться результатов. Во время председательства Чехии была поднята всего лишь одна новая тема, а в ходе председательства Испании вообще ни одной. Дело зашло в тупик. Переговоры идут по кругу. Европейская сторона испытывает сомнения в необходимости принять Турцию в свои ряды. Ее влиятельные "покровители" Тони Блэр и Герхард Шредер уже давно исчезли с политической арены. Германия колеблется, а Франция открыто выступает против. Турецкие же лидеры в свою очередь чувствуют усталость и разочарование: чего ради, спрашивается, вести "переговоры о вступлении" если им отказывают в праве на то самое "вступление"? Ощущается это настроение и в обществе: поддержка планов по интеграции в ЕС упала с 70% в 2004 году до 40% в 2010-м. Замедление процесса реформ видно невооруженным взглядом. Турция начинает играть все более заметную роль "евразийской" региональной державы и постепенно отворачиваться от Европы. Есть тому немало подтверждений. Прежде всего речь идет об укреплении стратегического партнерства с Россией: соглашение о прокладке российского газопровода "Южный поток" (конкурент европейского "Набукко") в турецких территориальных водах; покупка "Газпромом" крупнейшей турецкой частной газораспределительной компании; строительство российским подрядчиком первой в Турции гражданской АЭС (европейские предложения были отклонены). Кроме того, мы стали свидетелями дипломатического кризиса с Израилем после драмы на отправленной турецкими правозащитниками "флотилии мира". Нельзя не отметить и невиданное ранее сближение с Ираном: турецкое правительство нарушило международную изоляцию президента Ахмадинежада (в том числе и в ядерной сфере), сделав заявление об общем турецко-иранском рынке.

В этих условиях с обеих сторон нарастает желание окончательно забросить проект. Но стоит ли это делать? Нет. На днях мы приняли участие в организованном в Стамбуле Босфорским институтом семинаре, где встретились с президентом страны Абдуллой Гюлем. В результате у нас появилась твердая убежденность в том, что, несмотря на все трудности, переговоры должны продолжаться.

Все это в интересах Турции. Модернизационным силам турецкого общества просто необходим такой инструмент как переговоры о вступлении в ЕС. Реформы, которые проводит в этой связи Анкара, тоже впечатляют: отмена смертной казни, преобразования в тюремной системе, прогресс в области защиты свободы слова, ограничение конституционных прерогатив армии, признание курдов, попытки нормализации отношений с Арменией… Всех этих реформ просто напросто не было бы без перспективы интеграции в ЕС.

Возобновление диалога отвечает также и интересам ЕС. В демографическом плане: "старая Европа" ищет новые источники роста и может, таким образом, немало выиграть от вклада молодой Турции, которая в скором времени может первой страной континента по количеству жителей (80 миллионов человек на сегодняшний день). В экономическом плане: ЕС заинтересован в том, чтобы привлечь к себе турецкую экономику, которая уже добилась 15 места в мире благодаря "китайской" модели развития, динамичной и квалифицированной рабочей силе и росту благосостояния потребителей (с 2005 по 2008 год ВВП на одного жителя вырос на 50% и составил более 10 000 долларов). И, наконец, в плане дипломатии: Турция является членом всех крупнейших международных организаций ("большая двадцатка", МВФ, ВТО, ОЭСР, НАТО ...), располагает второй по величине армией в Североатлантическом альянсе, обладает влиянием на Ближнем Востоке и играет одну из ключевых ролей на Кавказе. Географическое положение страны превращает ее в стратегически важное пересечение энергетических путей, что представляет особую важность для Европы в свете ее стремления избавиться от зависимости от России путем диверсификации источников и путей доставки углеводородов.

Кроме того, переговоры важны и для всего международного сообщества. Как член Организации Исламская конференция, Турция представляет собой пример успешного развития в глазах полутора миллиардов мусульман на нашей планете. Помимо Индонезии, это единственная настоящая демократия всего мусульманского мира. Это мост между Западом и исламом. Особого внимания заслуживает здесь роль Партии справедливости и развития, которая своими действиями доказывает, что ислам совместим с принципами республики.

Переговоры должны продолжаться. Вопрос о реальном вступлении в ЕС может встать лишь при окончательном их завершении, то есть через 10-15 лет. Так зачем выносить сегодня поспешные суждения, не зная того, что станет с Турцией и Европой к тому времени? Возобновить диалог значит создать перспективу для новых поколений политиков, которые придут к власти к этому строку, и помочь Турции приблизиться к нашей модели. Прекращение или срыв переговоров не принесет пользы ни одной из сторон. Президент Гюль прав: давайте рассмотрим отношения Европы и Турции в долгосрочной перспективе и "наденем стратегические очки".

Анри де Кастри (Henri de Castries), председатель совета директоров страховой компании АХА
Жан-Пьер Жуйе (Jean-Pierre Jouyet), бывший госсекретарь Франции по европейским делам
Оливье Ферран (Olivier Ferrand), президент Terra Nova